Чёртово колесо. Цикл рассказов. Круг 1: безыдейные

Им было по 15, когда вчетвером решили сбежать с уроков чтобы покататься на чёртовом колесе. Что могли возразить на то взрослые: стращать наказанием или стыдом, богом или разумом? Когда сами говорили одно, делали другое, признаков счастья не выказывали, а на замечания подростков отвечали формально что-то вроде: «вот поживёшь с моё, тогда поймёшь что всё не так просто…» А тут у Дениса возникла идея, простая и понятная всем, и школьники, не колеблясь, предпочли скучному и бессмысленному убийству жизни на уроках воздух свободы, адреналин и дружбу.
Женщина с худым измождённым лицом на кассе не спросила друзей, почему они не в школе. Она размышляла об очередном скандале с невесткой безработного сына, доходы её зависели от количества проданных билетов, а у друзей на руках имелись родительские деньги, поэтому препятствий для восхождения в одну из кабинок причудливого творения ума и рук человеческих они не встретили…
Денег хватило всего на один круг. Чем выше поднималась кабинка, тем сильнее захватывало у подростков дух.
– Ваня! – воскликнула кареглазая Кира, которой то и дело приходилось бороться с ветром, отбрасывая русые пряди с лица. – А про чёртово колесо ты историй случайно не знаешь?
Ваня разволновался, поправил пробор на лохматой голове. Он был влюблён в Киру, как говорится, по уши.
– Мы только сегодня придумали с уроков сбежать, – ответил он. – Знал бы заранее, подготовил бы историческую справку.
– Здорово же Дениска придумал! – забыла о нём в следующее мгновение Кира. – А Володя – как хорошо что ты всех нас собрал!
Володя – выше других ростом и шире в плечах, красивый брюнет, улыбаясь смотрел вдаль. Всем своим видом он выражал спокойствие, безмятежность и мужество.
– Ребята, ребята! – снова закричала Кира. – Мы приближаемся к вершине!
Даже Ваня забыл про страх. Внизу распростёрлись сосны, далеко за стенами парка – игрушечные разноцветные домики, сбегающие к берегу синей реки – огромный мир под ясным небом. Ваня залюбовался раскрасневшейся от радости Кирой – как ещё может выглядеть рай?!
Скоро бежит время на колесе обозрения.
– Спускаемся… – вздохнула Кира и глянула на электронные китайские часы на белой руке. – Ровно полдень!
– Надо чаще встречаться, – произнёс Владимир.
– А давайте поклянёмся, – вдруг вступил Денис, – собраться в тот же час, в тот же день, 10 лет спустя!
– Клянусь! – отвечал Владимир.
– Клянусь!
– Клянусь!
– Клянусь!
– У нас будет много денег, и мы сможем кататься целых 5 кругов! – мечтательно протянула Кира.
Время не остановить. Ниже и ниже спускалось колесо, пока не настал момент спрыгивать с кабинки на асфальт. Ваня не успел: руку Кире подал Володя, и они ступили на землю грешную вдвоём… Не было у этих четверых ребят любви ни к учёбе, ни к труду, но у них возникла с утра идея, и идея принесла им счастье тем апрельским днём.
***
Кулак открыл глаза и понял что больше сегодня не уснёт. Его одолевала похмельная жажда, голова раскалывалась. Он протянул руку к телефону, поднёс безделушку к глазам, нажал кнопку, всмотрелся в жидкокристаллический экран – 10 утра, смс пришла. Кулак открыл смс:
«Здорово, Кулак! Стрелку с лисовскими сегодня в 12 собираем, на стадионе «Ударник». Ярик придёт, после стрелки его накажем. Ждём!»
Память возвращалась к Кулаку. Пьянка у Волка, лихо поколотили волосатых на Проспекте, потом двинули в сауну…
Кулак тяжело спустил ноги на пол, распрямил корпус, протёр глаза.
Ярик ушёл первым. Хозяин сауны, бывший мент, заявил что пропал полтинник с его стола. Ответить должны были они все. Но кроме самого Лиса присутствовал только его приятель, а своих – целых четверо. Договорились о стреле.
Кулак потащил своё тело на кухню. Ухватился за ручку чайника, что стоял на плите, влил в себя холодной воды из носика, после чего понуро поплёлся на балкон, курить.
Сигарет нет, только пачка астраханской «Примы» – одни палки вместо табака. Кулак затянулся. Солнышко поднималось над девятиэтажками, в воздухе пахло весной, но Кулак радости жизни не ощущал. Морщина хмурилась на его лбу.
Ярик полтинник не брал – в этом Кулак был уверен. Лисовский спьяну придумал как сгрести чуток бабла, и капусту отвалят кулаковские. А в итоге отвалит и тем и другим Ярик. Ярика свои за лоха держат. Не исключено что лисовские в обход его, Кулака, с пацанами сговорились, когда с девочками за водярой гоняли. Либо дело не в бабле, а в том что у кого-то чешутся кулаки. Бит же в любом случае окажется Ярик.
Кулак считал себя справедливым лидером. Заступиться за Ярика – опустят. Согласиться с шакалами? – горячее чувство униженности обожгло живот Кулака. Его, Кулака, его, не Ярика, который к роли скомороха привык, Кулака шакалы развели на лоха!
Болезненно морщась, испытывая неприятную ломоту в кишках, втягивал Кулак в лёгкие горький едкий дым, прокручивая в голове возможные сценарии сегодняшнего дня. Вот он подъехал на «ауди» на стрелку. Все готовы к драке… Постойте! Без него, Кулака, драться никто не станет! Да и как обойдутся они по жизни без его кулака?! Они могут его кинуть и слиться с лисовскими в единую… – последняя мысль вернула Кулака на стезю уныния. Если бы можно было пропустить сегодняшнюю стрелку! Тогда драки не будет. Договорятся капустой. Ярика всё равно побьют после. Но он, Кулак, не замарает честь в подлом деле! Не замарает? А как же Ярик, за которого не удастся заступиться? Но должен ли он, Кулак, заступаться за лоха? Жила разбухала на лысом черепе Кулака. Какой придумать предлог чтобы они поверили? Какое сегодня число? Есть ли какие-нибудь планы на сегодня? 17 апреля… 17 апреля… Если я совру, они могут прочитать по глазам… Да и недостойно правильному пацану врать!
Вдруг Кулак вспомнил далёкий день, когда ему ещё только 15 лет… Мурашки побежали по его вспотевшей спине. Договаривались вернуться на чёртово колесо 10 лет спустя, сейчас ему 25, день наступил…
Кулак затыкал кнопки мобильного.
– Алло, Клещ? Я не смогу приехать сегодня на стрелу. У меня встреча.
– Ты чего? А как же мы?
– Вы без меня договорились.
– Ты в отрубе был, только когда привезли – оклемался.
– Да, но слово пацана – закон. И у меня на это время сегодня назначена встреча, ещё до того как вы договорились.
– Без тебя мы их не одолеем, придётся отстёгивать капусту, Ярика-то мы накажем…
– Я свою долю верну. Разберитесь во всём без меня. И чтобы я больше об этом деле не слышал, ясно?
– Понятно…
Кулак раздражённо отключил телефон. Он снова ощущал себя на коне, если не считать бегства с поджатым хвостом от Ярика, которого не по правде подставили, но должен ли он, Кулак, заступаться за лопушка? К тому же, на чёртово колесо придётся идти. В иной раз Кулак бы забил, потому как кто вспомнит детские клятвы 10 лет спустя, но Кулак был правильным пацаном и должен был сдержать слово.
***
Эпикур также проснулся с похмелья. Рядом возлежала Ромашка. Эпикур вспомнил как называл эту растрёпанную нестройную женщину накануне в порывах страсти «нежная моя, пышечка» и усмехнулся. Медлить парень не собирался. Быстро поднялся на ноги, натянул на них джинсы, расчесал длинные волосы перед зеркалом. На глазу красовался свежий фингал от гопников. Недолго Эпикур принимал решение: в тумбочке у койки имелись огромные тёмные очки. Накинув на плечи кожаную куртку с металлом, Эпикур поспешил в 27-ю комнату общаги, куда заселился после восстановления в универе, спустя несколько лет после отчисления.
Постучал, услышал:
– Войдите!
– Ксюша, займи полтинник до завтра!
Ксюша – голубоглазая девушка с синими волосами, читала книжку, болтая задранными кверху ножками.
– На столе кошелёк, – ответила она. – Ужабились вчера, да?
– Да, Шаман наливал.
– Ооо! Шаман…
– Спасибо, Ксюша! – приложил руку к груди Эпикур, засовывая деньги в тесный карман джинсов, после чего выскочил из комнаты.
Спешил Эпикур в шинок. На деревянных воротах во дворик было намалёвано «666». В окошко цокольного этажа Эпикур протянул деньги, дрожащей рукой принял 100 грамм разведённого вонючего димедролового спирту, взял с блюдечка квадратик хлеба с кружочком солёного огурца и ломтиком дешёвой колбасы, вяжущей на зубах бумагой. Спирт пошёл тяжело, но прошло совсем немного времени, и Эпикур ощутил что жить можно. Парень задумался.
В общагу к Ромашке возвращаться его не тянуло, универ не обещал удовольствий совсем. Единственный выход – вернуться на Проспект. Куда Эпикур и поплёлся.
Путь через весь город лежал не близкий, а оставшиеся деньги Эпикур тратить не намеревался. Так что, пока Эпикур добирался до центра, похмелье вернулось.
Но на Проспекте уже тусили неформалы! Вероника с радужными волосами и татуировками играла на флейте, усатый Жук – на варгане, бородатый представительный Шаман с кудрями, собранными в хвост – на барабанах, а незнакомая девчонка с дрэдами и феньками – на гитаре. В ногах у Шамана покоилась бутылка портвейна «три топора» («777»).
Нетерпеливо поздоровавшись, обхватывая большие пальцы, как то принято у неформалов, Эпикур приподнял бутылку:
– Будем! – и щедро влил в глотку вонючей жидкости, которая булькала, стремясь через узкое горлышко.
– Начинается новый день, и машины туда-сюда, раз уж Солнцу вставать не лень, и для нас это ерунда! – звонко голосила Вероника песню бессмертного Цоя, и Эпикур испытал прилив вдохновения.
– Доброе утро, Вероника! – воскликнул он, снимая очки.
– Прячь портвейн, менты! – зажужжал Жук, и девушка с дрэдами ловко спрятала выпивку в гитарный чехол.
– Деньги на пиво есть? – спросил Шаман, косясь на пару милиционеров, прогуливающихся по Проспекту.
– Занял немного, не напьёмся. Аскать надо.
Девушка с дрэдами протянула Эпикуру тонкую смуглую ручку с радужной вязаной шапочкой. Эпикур приобнял красавицу и закрутил вокруг себя.
На аскание ушло около получаса. Представлялись прохожим автостопщиками из Пензы. Когда нужная сумма мелочи возникла в шапочке, отправили за пивом Жука. К тому моменту похмелье вновь явилось Эпикуру, но скоро вернётся Жук, и праздник жизни продолжится…
– Вечно молодой и вечно пьяный! – заливался Шаман.
Блестели чёрные глаза пришелицы, имя которой Эпикура не интересовало.
– Можно поцеловать тебя? – спросил Эпикур и не получил отказа.
Вернулся Жук, и первая полторашка пошла по кругу…
Внезапно Эпикур вспомнил про чёртово колесо и помрачнел. Сопоставив сроки, Эпикур в ужасе осознал что счастье покидает его.
– Что-то не так, Эпикур? – вопрошала черноокая и черноволосая.
А Эпикур тем временем попал в незавидное положение Буриданова осла. Останусь здесь, – терзался неформал, – такой драйв упущу! А если все, кроме меня, забыли про чёртовое колесо? Тогда кайф здесь обломается.
– Эпикур!
Но если там кайф выгорит, это будет кайф так кайф, – продолжал философствовать Эпикур. – А тут что за кайф – день Сурка какой-то сплошной… Но если там не выгорит… Надо рискнуть!
Эпикур вскочил на ноги.
– Мне пора! – молвил он, откидывая назад патлы.
– Куда тебе пора? – рассмеялась его новая пассия.
– Вернусь через 2 часа.
– Останешься ради меня.
– Нет. Дело есть.
– Без меня на чьём-то флэту заторчать собрался?
– Дело есть. Ждите!
И Эпикур стремительно зашагал прочь, ибо путь до чёртового колеса лежал неблизкий, а роскошь тратиться на автобус Эпикур позволить себе не мог.
***
Кулак не стал похмеляться, рисковать, ибо за рулём. Ярик делал похмельный стыд невыносимым. Такова жизнь, – оправдывался Кулак, громко включая музыку в серебристой «ауди». Повернул ключи в замке зажигания. Времени ещё много впереди, поколесить по городу… Скоро он увидит ребят, школьных друзей, соберёт их как тогда, много лет назад, в единый кулак. Нормальных ребят, не этих шакалов…
***
Кира оформляла на компьютере товарную накладную, а мысли её то и дело возвращались в ночной клуб. Это вчера дорогое красное вино, на которое раскошелился Лёша, казалось девушке доказательством высокой оценки, которой удостоил её менеджер РЖД. Не верила Кира в счастье, выпавшее ей с загорелым в солярии мачо, культивировавшим мышцы в престижном тренажёрном зале. Подозрения грызли её душу всякий раз как Алексей выбирался на улицу покурить, а Кира гнала их, убеждала себя всё что паранойя это. И вроде не всегда одновременно с длинноногой русалкой оставлял столик Алёша. И как-будто не в сторону большеглазой русалки стрелял глазами, а на экран телевизора над барной стойкой, по которому транслировался футбол.
И не выдержала Кира, приняла решение подышать свежим воздухом. А там Лёша что-то записывает в блокнот под диктовку русалки. Длинным маникюрным ногтем водит русалка по листочку записной книжки Алёшеньки. А подлец окутывает её клубами шоколадного дыма. Телефон берёт!
Кира бросилась назад, к столику, повесила на плечо дамскую сумочку. Алексей встретился с ней на пороге. Светомузыка плясала на его точёном лице.
– Кира?
Громкая музыка заглушила хлёсткий звук пощёчины.
– Кира!
Кира бежала в ночь, закрывая лицо руками, содрогаясь в рыданиях. Когда пришла в себя, вызвала такси…
Цифры никак не ложились в накладную. Нужно написать что-нибудь в «Одноклассниках», – подумалось Кире. – Он будет смотреть сегодня мою страницу, пытаться угадать моё настроение через мои реакции… Нужно написать что-нибудь про подлость предательства и низость измены, что-нибудь такое чтобы как пощёчина… Но крылатых выражений Кира вспомнить не могла, философские идеи её не осеняли, и Кира решила поискать что-нибудь у подруг в постах.
Кира отыскала нужную цитату с первого раза и изумилась совпадению: как-будто подруга о ней и заботилась! Так скопировала она себе в статус следующее: «Если мужчина успешен, значит в этом ему помогла женщина своей любовью. Если успешна женщина, значит в этом ей помог мужчина своим предательством».
С грехом да пополам Кира завершила работу над первой накладной и отправила на принтер. Девушка не торопилась сдавать накладную на подпись и печать. Вначале она проверит статус Алёши…
Кира не ошиблась: Алёша подобрал новый статус. «Единственная настоящая ошибка – не исправлять своих прошлых ошибок. Конфуций». Вот что он запостил!
– Жалеет об ошибке… – успокоилась Кира, значит не безразличная я ему, и тут же вновь расстроилась. – Просто желает крутить несколькими. Все мужики – козлы! Не там я мужчину ищу! Другой человек мне нужен: добрый, тонко чувствующий, интеллигентный. Кира принялась перебирать в уме знакомых. Разные персонажи всплывали перед её внутренним взором: сопливый программист Сергей, пожилой директор ООО «Дар», в котором Кира работала, участковый Кирилл, владелец овощного ларька азербайджанец Аслан… Кира обречённо глянула на логотип «ОК» и вдруг вспомнила одноклассника Ваню. Ваню, удивлявшего всех историями. Ваню, который был в неё влюблён и никогда не решался признаться в чувствах. Ваня, с которым она должна была встретиться… Что-то защёлкало кассовой машинкой в мозгу Киры: 17 апреля, 1997, 2007… Посмотрела на время… Надо отпроситься с работы.
– Степан Витальевич! – качнула грудью в кабинете заведующего отделом, сжала бантиком губки.
– Слушаю.
– Домой мне надо, сестра заболела, с ребёнком посидеть надо, позвонили только что…
Степан Витальевич нахмурился.
– Хорошо, иди.
– Спасибо, Степан Витальевич!
– Иди, иди! Иди… Пока я добрый…
Кира круто повернула бёдрами и не торопясь направилась к выходу.
***
Шагал по городским улицам Эпикур, заглянул в шинок у набережной и продолжил путь…  Колесил по городу Кулак, когда пришло время – развернул машину в направлении городского парка… Вызывала такси Кира… А где-то там продолжало свой неизменный бег чёртово колесо…
***
– Смерть неизбежна для родившихся. И рождение ждёт умерших. – молвил Night Knight и поразил безликого врага мечом.
Сиреневое мерцание колыхалось позади деревеньки.
– Спаситель! – воскликнула русоволосая кареглазая девушка на изумрудном лугу и прильнула к груди Night Knight.
– Кира…
Монотонное пиканье будильника прервало прекрасную фантазию. Голова Night Knight раскалывалась от недосыпа. До пяти утра Night Knight рубился в «Sacred». И рубился бы до 7 утра, если бы не помнил про этот день уже 2 года. И выключил бы проклятый будильник, чтобы, возможно, вернулся прекрасный сон про Киру, но сегодня имелась уникальная возможность увидеть возлюбленную за пределами виртуальной реальности. Night Knight должен был явиться на свидание свежим и потому нехотя выключил компьютер, не забыв перед тем сохранить игру. Если Кира придёт, он сделает ей предложение! Тихо в доме: родители на работе… Night Knight поплёлся в ванную, чистить зубы…
***
Сжимаясь от ужаса перед огромным чужим городом семенил Night Knight на свидание…
***
Эпикур добрался последним. Трое ждали у кассы. Эпикур узнал Киру. Короткая чёрная юбка, белая блузка, красная сумочка через плечо, алая помада на губах, тушь на ресницах, короткая стрижка. Цивилка или мажорка? – гадал Эпикур и вдруг вздрогнул, заметив гопника. Володя пролепетал бледным голосом:
– Дениска, неужели это ты?
– Як тать вчера из темноты вонзил в моё лицо кулак, – отвечал Эпикур, снимая тёмные очки.
– Я пьяный был, не признал тебя, извини…
– А теперь, значит, я свой?
– Свой есть свой, – согласился Кулак.
– Шакалов вой я слышу в этом слове.
– Зачем так ранишь ты меня словами?
– Ребята, давайте не будем ссориться! – предложил Ваня, сгорбившийся за эти годы, растолстевший, с квадратными очками на носу, но всё такой же лохматый.
Зазвонил телефон, Кира подняла трубку.
– Привет! – услышали бывшие друзья мужское мурлыканье в трубке.
Кира внезапно выпрямилась, приподняла бюст, тряхнула головой.
– Я занята, Лёша.
– У меня билеты в ночной клуб, тот самый! Ты увидишь как я буду говорить с этой русалкой!
– Ты правда намерен её отшить при мне?
– Конечно!
– Лёша, я правда занята. Через полчасика перезвони. Ок?
И аккуратно сбросила вызов.
– Надо брать билеты, – напомнил о себе Night Knight. – Кира, ты собиралась сделать 5 кругов!
– Но не в компании похмельных мужиков. На километр разят их глотки перегаром!
– Мы с Денисом – братья по несчастью, – попытался пошутить Володя.
– Гопник неформалу не брат! – отвечал Эпикур. – Но слово пацана я держу.
– Один круг и не больше, – категорически заявила Кира.
Пока Володя брал на всех билеты, зазвонил телефон, и Кира отвечала:
– Да, Костя…
– Кира, у меня тут родилась одна идейка…
– Что случилось?
– Случайно у меня в руках оказалось 2 билета на концерт Roxette. Ты как?
– Я подумаю. Давай, занята я сейчас.
Кира, обернувшись по сторонам, сбросила вызов.
Только встретившиеся забрались в кабинку чёртового колеса, как Кира вновь принялась отвечать на звонок.
– Миша, ты? – взвизгнула она.
– Кира, как насчёт того чтобы поужинать завтра в ресторане?
– Опять?
Из трубки прозвучал решительный голос:
– Опять.
Ну и… – хотел воскликнуть Ваня, но голоса не подал.
– Я подумаю, – ответила Кира и спешно сбросила вызов.
– Как твои дела, Ваня? – попытался прервать неловкое молчание Володя.
– Всё Ок!
– А конкретнее?
– Да так, в игрушки играю…
– Где работаешь?
– Я не работаю.
– А ты, Кира?
– А я работаю.
– Где работаешь?
– В офисе. А ты бандит?
Кулак опустил глаза.
– Нет, я – неформальный лидер.
– Кира, ты меня разочаровала! – неожиданно для всех поднял голос Ваня.
Маска на лице Киры дрогнула.
– Ты тоже меня разочаровал, Ванюша.
– Ребята, вы понимаете что сорвали мероприятие? – выдал показавшуюся ещё более странной остальным фразу Володя.
– Мы сорвали? – ополчился на одноклассника Эпикур. – А не ты черепом выбритым всех пугаешь? Не ты мне фэйс вчера разукрасил? Из принципа не одену очки!
– Я старался жить правильно, – дрожащим голосом отвечал Кулак.
– Перегаром разит от вас обоих! – напомнила Кира.
– Нету больше Киры! – закричал Иван.
– В чём мой грех? В том что красива и нравлюсь мужчинам? – приставала к Ване Кира. – На себя посмотри, хомяк! К тому же ты сидишь на шее у родителей.
– Не я воспитываю таких как этот Вова! – огрызнулся Ваня. – Из-за которых опасно ходить в спортзал и работать!
Эпикур потянулся к руке Киры, которую та отдёрнула.
– Ты такой же бездельник, думаешь я не угадала? Не бородой человек красен!
– Любить жизнь не грешно!
– Воняет от тебя портвейном!
– Да, не кайф, – заключил Эпикур. – Мы друг друга не вдохновляем.
– Вы понимаете, ребята, что мы сорвали мероприятие? – вновь заладил Владимир. – Я, конечно, виноват…
– Никто не виноват, – сказал Денис. – Просто никто из нас не додумался поработать в течение этих 10 лет над собой, развить лучшие качества, преодолеть худшие, вот и разнесло нас так страшно.
– Святоша, да? – усмехнулась Кира.
– Просто размышляю, какими должны вы были бы быть чтобы меня воткнуло.
– Предложил бы идею тогда! – скривился Night Knight.
– О чём вы говорите? – пучила зенки Кира. – Про моральный кодекс строителей коммунизма ещё вспомните!
– Давайте без «измов», – отрезал Вова, – достаточно натерпелись идеологии.
– Будем слушать шансон? – съязвил Эпикур.
– А почему нет?
– Сходить пора, – заметил Ваня.
– С вашей болтовнёй я даже пейзажем не полюбовался! – негодовал Эпикур.
– Ты думаешь, я полюбовалась? – вопрошала Кира. – С вами заболталась!
– Дурацкое чёртово колесо! – ругался Night Knight.
– Есть что-то неправильное в том чтобы взрослые люди катались на чёртовом колесе, – подытожил Кулак.
– И что, есть какие-нибудь идеи, как нам быть дальше? – спросил Эпикур.
– Нет у меня никаких идей, кроме как смыться поскорее отсюда, – раздражалась Кира.
– Без идей, лучше бы я отсыпался.
– Без идей.
– Вот и я без идей…
– Покетово!
– Счастливо!
– Пока!
– Всего доброго!
– Чао!
***
Бывшие одноклассники разошлись, глубоко погрузившиеся в свои думы, а колесо обозрения продолжало нести кабинки по кругу, равнодушное к кругам, в которые собираются люди. Сосны, прохожие, кошки, грязь на газонах – апрель!..

4-5.11.2017

Продолжение следует…

Автор Дмитрий Тюлин 52 Articles

Зарождающаяся ячейка НКК «Саратов-Энгельс»

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий